logo
 
?

казино кавказ

Неплохая маскировка, подумал Эраст Петрович, с удовольствием сбрасывая лохмотья. — По веревке я тоже немного умею, — скромно признался Эраст Петрович, польщенный комплиментом. Два жилистых молодца принялись давить лежащих коленями и ступнями, бить локтями, мять и щипать, выворачивать суставы.

— Голова седой, тело молодой, — сказал Гасым, обстоятельно разглядывая голого Фандорина.

Потом и его, и Гасыма пригласили на массажный стол. Он чувствовал себя легким до невесомости — хоть взлетай к потолку. — Сейчас цирюльник идет, — сказал Гасым, поглаживая щетину у себя на макушке.

Долго, очень долго драил себя Эраст Петрович жесткой мочалкой и пемзой. Пошатываясь, не ощущая собственного тела, Эраст Петрович встал на ноги. Оттянув прядь со лба и закатив кверху глаза, Фандорин увидел, что прежняя благородная белизна не вернулась.

Что до Гасыма, тот в природном виде напоминал медведя: огромный, заросший бурой шерстью, с круглым брюхом и толстенными ляжками.

Это он про обрезание, точнее про его отсутствие, догадался Фандорин и последовал умному совету — повязал вокруг бедер полотенце. Посмотреться в зеркало отставной статский советник пока не осмелился.

То есть чай пил Фандорин, а Гасым к чашке почти не притрагивался — он ел. Время от времени облизывал пальцы, порыгивал, говорил: «Ай, хорошо». Свежий ветерок приятно ласкал бритый, непривычно чувствительный скальп.

Еще час спустя они сидели на открытой веранде, выходившей в тенистый сад, где посередине журчал маленький фонтан, и пили чай.

Надо, как это, манеры хорошие, а то люди увидят, не поверят, что ты мусульман.

Когда на благородного мужа обрушивается несчастье, первое, что он делает, — говорит судьбе «спасибо» и пытается извлечь пользу из новых обстоятельств.

Перс так делает, дагестан, который из далекие горы, тоже любит. Слушая инструктаж, Эраст Петрович осмысливал ситуацию, в которой оказался.

Нелегальное положение и маскировка открывают новые возможности, дают полную свободу маневра.